Провал Cadillac Cimarron: почему компактный люкс проиграл Mercedes?

Начало 80-х в Америке — странное время. Водители, десятилетиями менявшие один многолитровый «сухогруз» на другой, вдруг захоcompactных, резвых машинок. Их будто подменили.

Виной всему — «импорт». Американцы распробовали японские Honda и Toyota, а те, кто побогаче, — немецкие BMW и Audi. Ходили слухи, что даже Mercedes готовит компактную модель. Рынок требовал перемен, и General Motors пришлось отвечать.

Сами попросили

К дилерам Cadillac заходили клиенты и просили: «Дайте нам Cadillac, но маленький». Это звучало дико. Cadillac — это же синоним огромной «сухопутной яхты»! Тем не менее, тренд был очевиден. Уже в 75-м марка рискнула выпустить среднеразмерный Seville, и его приняли хорошо. Дилеры давили: «Нужен еще меньше!» Казалось бы, идеальные условия: лояльная аудитория, готовая платить за шильдик. Осталось просто дать им машину.

Но какую?

Cadillac от Chevrolet

Ответом стал Cimarron. Его создали за рекордные 10 месяцев. Секрет скорости прост: взяли платформу GM J, на которой уже ездили бюджетные Chevrolet Cavalier, Oldsmobile Firenza и Buick Skyhawk.

Это было революцией для Cadillac. Во-первых, размер — всего 4.5 метра. Во-вторых, конструкция — несущий кузов и передний привод. Даже немцы в те годы к переднему приводу в премиуме относились скептически. В-третьих, двигатель — скромный рядный «четырехцилиндровик» объемом 1.8 литра и мощностью 88 лошадиных сил. Экономия топлива — да. Душа — нет.

Бренд побоялся ставить на капот свой шильдик в первый год, выпустив автомобиль под именем Cimarron. Жуткая осторожность, которая многое говорит об уверенности создателей.

Провальный дебют

Реакция была оглушительной — но не той, на которую рассчитывали. После краткого изумления на компанию обрушился шквал насмешек и гнева. Покупатели чувствовали себя обманутыми: им предлагали Chevrolet Cavalier, но за двойную цену. Даже ручки дверей и стекла были одинаковыми! С тех пор Cimarron прочно прописался во всех хит-парадах самых провальных авто в истории. Продажи, конечно, шли ни шатко ни валко.

Объективно говоря, Cimarron не был плохим автомобилем

Вот в чем парадокс. Его цена была оправдана. Базовое оснащение Cimarron было роскошным: кожаный салон и руль, электрорегулировки зеркал, полный набор приборов, кондиционер, литые диски, даже ковры в багажнике — с глубоким ворсом. Его «бюджетные» близнецы в максималке такого не предлагали.

Топовая комплектация Cimarron была богаче, чем у полноразмерных Cadillac! Немецкие конкуренты в этом сегменте не могли предложить ничего подобного по оснащению. Да, его ругали за слабый мотор, но по управляемости это был лучший автомобиль в линейке марки. Несправедливо? Еще как.

Продажи не пошли с самого начала

Чтобы исправить ситуацию, Cadillac решил поручиться за машину своим именем — через год на решетке появился знаменитый щитовидный логотип. И что вы думаете? Продажи упали еще сильнее. Потом добавили более мощный V6 на 130 л.с. — безрезультатно.

Агония длилась недолго. В 1988 году производство свернули. Тираж — менее 150 000 экземпляров. Для сравнения, Mercedes W201 (знаменитый «бэби-Бенц») разошелся тиражом на порядок больше. Рана для Cadillac оказалась настолько глубокой, что к идее компактной модели они не возвращались много лет.

Причина провала Cimarron так и не найдена

Это самое интересное. Ни одно объяснение не кажется исчерпывающим.

Похож на бюджетные модели? Так ведь унификация — обычное дело. Взгляните на успешные пары Toyota-Lexus. Их сходство никого не смущает.

«Не такая уж плохая машина. Но точно не очень хороший Cadillac», — как-то сказал один из ветеранов компании. В этой фразе, возможно, и кроется разгадка.

Ошибка в создании суббренда? Но Mercedes успешно запустил Smart, а BMW — возродил Mini.

Ирония в том, что Cadillac поступил так, как всегда: внедрил инновации первым. Только в прошлом это были электростартер и гидроусилитель руля, а здесь — агрессивная унификация и передний привод в премиум-сегменте. Формула успеха дала сбой. Почему? Возможно, потому что покупатели премиума прощают всё, кроме ощущения, что их принимают за простаков. А Cimarron, при всех своих достоинствах, именно такое ощущение и создавал.