IMG-LOGO
image

03 июн. 2025

Просмотров: 55

Эмоции животных: что на самом деле чувствуют наши питомцы?

Вот признайтесь, вы же точно хоть раз ворковали над своим питомцем: «Ой, он ревнует!», «Смотри, как он грустит!». Мы все это делаем. Легко и радостно наделяем пушистых друзей целым спектром человеческих переживаний. Но что по этому поводу говорит настоящая наука? Давайте разбираться, отбросив сантименты.
Чтобы докопаться до сути, я поговорил с Иваном Хватовым, зоопсихологом и кандидатом психологических наук. Он как раз рассказывает об этом на бесплатном курсе «Зоопсихология» на платформе «Академика». И его позиция — это трезвый, взвешенный научный взгляд, который заставляет пересмотреть наши умилительные фантазии.

Эмоции vs Чувства: где проходит граница?

Начнем с главного: да, у животных есть психика. И одна из ее ключевых задач — оценивать происходящее вокруг. Эмоции — это и есть мгновенные психические реакции на события. В этом плане братья наши меньшие ничем от нас не отличаются: мир щекочет их нервную систему, и они реагируют — радостью, страхом, удивлением.

Представьте собаку, виляющую хвостом от восторга при виде поводка. Это чистый, кратковременный эмоциональный всплеск, который часто сопровождается физиологией: учащенное дыхание, блестящие глаза, напряжение мышц. Все как у нас.

Но вот загвоздка: животные лишены сознания в человеческом понимании. Они не осмысляют происходящее, не обобщают опыт и не носят в себе сложные культурные конструкции. Поэтому у них есть только базовые эмоции (радость, гнев, интерес), но нет чувств. Любовь, ненависть, ревность — это уже чувства, устойчивые и глубокие. Мы часто путаем эти понятия, проецируя свои состояния на питомца. Он не «ревнует» к новой паре туфель — он демонстрирует беспокойство из-за изменения привычного порядка.

Эмоции животных: что на самом деле чувствуют наши питомцы?

Социальная жизнь: зачем кошке и собаке нужны друзья?

Эмоциональный интеллект — а у животных он есть! — не рождается в вакууме. Он формируется средой. Жестокая социальная изоляция для большинства млекопитающих — это путь к деградации и даже гибели. А вот активное общение с сородичами и другими видами (в том числе с нами) работает как настоящий тренажерный зал для психики.

Частое переживание одних и тех же эмоциональных состояний может даже заложить базовые черты характера. Взгляните на собаку. Она — чемпион по адаптации к человеку. Она считывает наши жесты, интонации, настроение и прекрасно учится нами манипулировать. Один пес будет смелым исследователем, другой — осторожным недотрогой. И это не данность от рождения, а результат жизненного опыта.

Кошки тоже не лыком шиты. Их знаменитое «мурлыкание по требованию» — чистой воды приобретенный социальный инструмент, чтобы быстрее добиться ласки или еды. Так что, если ваш питомец кажется вам эмоционально сложным, поблагодарите за это его богатый опыт общения. Без него он был бы совсем другим.

Эмоции животных: что на самом деле чувствуют наши питомцы?

Щекотка для крыс и обида обезьян: как это изучают

Ученые бьются над разгадкой эмоционального мира животных уже не один век. Дарвин, например, скрупулезно сравнивал мимику и жесты обезьян с человеческими. Но настоящий прорыв случился позже.

Американский нейрофизиолог Яак Панксепп в конце XX века выделил семь базовых эмоциональных систем в мозге млекопитающих: интерес, гнев, страх угрозы, страх одиночества, влечение, забота и радость. Он обнаружил удивительную вещь: крысы обожают, когда их щекочут! Они издают ультразвуковые сигналы, аналогичные нашему смеху. Прямо скажем, сложно представить себе более убедительное доказательство наличия у них простой, чистой радости.

Эмоции животных: что на самом деле чувствуют наши питомцы?

А знаменитый приматолог Франс де Вааль поставил классический эксперимент с капуцинами. Обезьян учили обменивать пластиковую фишку на еду. Все шло гладко, пока одна не увидела, что соседке за ту же фишку дают вкусный виноград, а ей — лишь огурец. Возмущению не было предела! Примат швырял ненавистный огурец обратно ученому. Мы сразу хотим назвать это завистью или чувством несправедливости. Но здесь-то и кроется главная ловушка. Это антропоморфизм — соблазн объяснить поведение животного человеческими мотивами. Ученые постоянно балансируют на этой грани, пытаясь отделить реальные данные от нашей собственной проекции.

Так что в итоге?

Резюме простое и ясное. Эмоции у животных есть, и они настоящие. Бурная радость вашей собаки при встрече — неподдельная. Но сложные чувства, сформированные культурой и рефлексией, — это прерогатива человека. Интерпретировать поведение питомца через призму человеческой психологии — заманчиво, но не научно. Это все равно что пытаться прочесть Шекспира на языке, в котором нет половины букв. Мы можем уловить общий смысл, но тонкости и глубина останутся за кадром. И в этом, возможно, есть своя прелесть — принимать их такими, какие они есть, а не такими, какими мы хотим их видеть.