Генетическое тестирование детей в Китае: как ДНК выбирает будущую профессию

В Китае разворачивается новый социальный эксперимент. Его движущая сила — тревога родителей и желание дать ребёнку «абсолютное» преимущество. Цена вопроса — образец слюны вашего малыша. Суть услуги — генетические тесты, обещающие раскрыть врождённый характер, таланты и даже будущую профессию. История одного такого отца, рассказывает Bloomberg, показательна и немного тревожна.

Крис Юнг — гендиректор крупной гонконгской фирмы по производству медоборудования. Его компания владеет Gene Discovery, одной из многих лавочек, продающих предсказания судьбы по ДНК. И вот что интересно: сам Юнг стал её клиентом.

Как только родилась его дочь, он отнёс в лабораторию её слюну. Он мечтал видеть её врачом или юристом. Но тест «обнаружил» проблемы с памятью.

Вывод «специалистов» был однозначен: для карьеры в медицине или праве девочке придётся слишком тяжело. И что же? Юнг, человек бизнеса, скорректировал свои родительские амбиции. Теперь он планирует развивать у дочери музыкальные и спортивные таланты, которые, как уверяет отчёт, «зашиты» в её генах.

И он не одинок. Тысячи родителей по всему Китаю сдают ДНК своих детей, пытаясь выявить сильные и слабые стороны чуть ли не с пелёнок. Их логика проста: если определить идеальную профессию в три года и начать целенаправленно готовить к ней, ребёнок навсегда обгонит тех, кто выбирал путь наугад. Но так ли это работает на самом деле? Или мы просто пытаемся подменить воспитание примитивной биодетерминированной лотереей?

С научной точки зрения, подобные тесты — не более чем современное гадание. Только вместо хрустального шара — секвенатор.

Нет, серьёзно: не существует ни одного научно обоснованного способа связать конкретные гены со сложнейшими человеческими признаками — характером, склонностью к искусству или менеджменту. Даже с относительно простыми вещами, вроде роста или интеллекта, современные генетические панели справляются плохо. А уж о чертах личности, которые формируются под колоссальным влиянием среды, воспитания и простого стечения обстоятельств, и говорить нечего.

Готовность перестраивать детство ребёнка на основе таких сомнительных данных выглядит, мягко говоря, опрометчиво. И всё же рынок растёт. Почему? Ответ, возможно, лежит глубже биологии.

Несмотря на отмену политики одного ребёнка, в большинстве китайских семей по-прежнему растёт единственное чадо. Это маленькое «всё» семьи. Неудивительно, что родители хватаются за любую соломинку, обещающую гарантированный успех, пусть даже самую эксцентричную.

Кстати, эта мода — не сугубо китайское явление. На Западе сомнительная геномика процветает в сфере ЭКО. Компания вроде Genomic Prediction заявила о создании полигенного теста для оценки интеллекта будущего эмбриона — идея, которую эксперты тут же разгромили в пух и прах. Похоже, желание запрограммировать идеального ребёнка — общая человеческая слабость. Вот только гены — не судьба, а детство — не проект по оптимизации. Или я не прав?