ИИ против художника: почему Эрмитаж продаёт NFT-токены

А знаете, с чего всё началось? Еще в 1950 году гениальный Алан Тьюринг придумал остроумный мысленный эксперимент — «игру в имитацию». (Да-да, именно в честь неё назвали тот самый фильм с Бенедиктом Камбербэтчем). Суть проста: человек-судья общается через переписку с кем-то, не зная, кто на другом конце — живой собеседник или машина. Если компьютер сможет обмануть судью в 70% случаев, выдав себя за человека, значит, он мыслит? Тьюринг полагал, что машины справятся с этой задачей к 2000 году.

К рубежу тысячелетий не вышло. Зато к 2022-му, с появлением ChatGPT и глубоких фейков, кажется, что машины таки достигли цели. Многие теперь уверены: тест Тьюринга давно пройден. Но так ли это на самом деле? Или мы, очарованные технологиями, слишком поторопились с выводами?

Человек и кошка: детектив с двумя картинами

Давайте слегка изменим правила игры Тьюринга. Перед вами две картины. Одну написал (вернее, нарисовал) человек, вторую сгенерировал ИИ. Попробуйте угадать, где чья работа. Включите свою внутреннюю экспертизу!

Этот тест как-то запустили в соцсетях. Откликнулось почти двести человек. И что вы думаете? Большинство, около 60-70%, верно указали на вторую картинку как на творение человека. Её автор, к слову, — молодой художник из Екатеринбурга Андрей Полтенко. А первую, как вы уже догадались, создал алгоритм.

В комментариях развернулась целая дискуссия. Люди подмечали мельчайшие детали: например, на фоне второй картины видны легкие, хаотичные следы кисти — те самые «дыхание» и неуловимые колебания руки. ИИ так не умеет, ему это «не нужно». А еще там, в окне напротив, угадывается чей-то силуэт — намёк на другую жизнь, на историю. Это придает полотну смысловую глубину, недоступную, кажется, машине. Хотя, если хорошенько её попросить, она, вероятно, и силуэт нарисует, и мазки сымитирует. Но в этом-то и загвоздка: она будет имитировать, а не чувствовать.

Так почему же человек всё-таки в большинстве случаев отличает одно от другого? Картина ИИ выглядит безупречно, даже слишком. Но в ней нет главного — души. Или, если угодно, случайности, из которой рождается подлинность.

Конечно, этот интернет-опрос — не академическое исследование. Но его результаты косвенно подтверждаются серьёзной научной работой.

ChatGPT и тест Тьюринга: провал или успех?

Учёные решили проверить на практике: а проходит ли тот же ChatGPT-4 пресловутый тест Тьюринга? Оказалось, что нет. Даже в коротком диалоге люди в 60% случаев понимали, что общаются с машиной. Цифра знакомая, правда? Примерно та же, что и в нашем тесте с картинками.

Исследователи дают простое объяснение: большие языковые модели учатся выдавать самые вероятные, шаблонные ответы, избегая противоречий. Они становятся идеальными «середнячками», но теряют индивидуальные шероховатости, оговорки, эмоциональные всплески — всё то, что делает человеческую речь живой.

ИИ может блестяще скопировать манеру любого художника, создать усреднённо-правильное изображение. Но человек подсознательно ищет за холстом другого человека. И не находит. Так что слухи о скорой кончине профессии художника, считаю, сильно преувеличены.

Искусство промта: как художник «договаривается» с ИИ

Это, впрочем, не значит, что нейросети-художники бесполезны. Вовсе нет! Они — потрясающий инструмент, расширяющий палитру творца. Современный дизайнер или художник, работающий с генератором, напоминает не столько живописца, сколько режиссёра или даже… переговорщика. Он пишет промты (подсказки), смотрит на результат, качает головой: «Нет, не то. Давай иначе». И так раз за разом. Умение «договориться» с ИИ — уже само по себе высокое мастерство. Художник проявляет свою волю не в каждом мазке, а в общей концепции, композиции, цветовом настроении.

Вот, например, несколько стилевых модификаторов из нашего генератора «Шедеврум», которые здорово меняют результат:

• Unreal Engine — волшебная палочка для фотореализма, будто кадр из самой дорогой видеоигры.
• Highly Detailed (высокая детализация) — заставляет нейросеть вырисовывать каждую мелочь.
• Retouching и Color Grading (ретушь и цветокоррекция) — даёт ту самую идеально сбалансированную, кинематографичную картинку.

Можно играть с палитрой, «двигать камеру», менять свет. Это похоже на программирование, но не с нуля, а скорее на тонкую настройку уже готового, но сырого образа. Художник держит в голове конечную цель и постепенно, итеративно, ведёт к ней капризный алгоритм.

Но есть область, где ИИ не помощник, а настоящий спаситель. Реставрация.

Воскрешение шедевров: как ИИ восстановил Рембрандта

Знаменитый «Ночной дозор» Рембрандта (1642 г.) в 1715 году безжалостно обрезали со всех сторон, чтобы втиснуть в новый зал амстердамской ратуши. Шедевр потерял целые фрагменты! К счастью, сохранилась старая копия, сделанная художником Герритом Люнденсом. И вот в 2019 году команда реставраторов из Рейксмюсеума взялась за невозможное — вернуть картине первоначальный вид.

Как? Они отсканировали и оригинал, и копию. Нейросеть внимательно изучила манеру Рембрандта — каждый мазок, каждый оттенок — и затем… перерисовала копию Люнденса в стиле великого мастера. После этого алгоритм достроил утраченные края с ювелирной точностью. Готовые фрагменты напечатали и разместили вокруг полотна. Получилось невероятно.

Человек-копиист, конечно, может достичь невероятного мастерства, но это годы труда. ИИ делает это быстрее и с почти недоступной человеку точностью копирования. Ведь художник, даже самый дисциплинированный, всегда невольно добавит что-то от себя. А машина — нет, она чистейший инструмент.

Директор Эрмитажа Михаил Пиотровский как-то заметил, что музей активно использует ИИ для анализа скрытых слоёв картин. Представьте: рентген просвечивает холст, показывая старые наброски, поправки, даже совсем другие сюжеты под верхним слоем краски. Но разобраться в этой рентгеновской «каше» — задача для ИИ. Он учится на технике художника и стилизует скрытое изображение, делая его понятным для нашего глаза. Благодаря этому мы можем найти под картиной Ван Гога… ещё один, неизвестный шедевр Ван Гога. Разве это не чудо?

Фрески Рафаэля, NFT и русский блокчейн: неожиданный альянс

А теперь вернёмся к нашему первому вопросу про Эрмитаж. В музее хранятся бесценные фрески школы Рафаэля XVI века. Их нужно реставрировать. Но любое физическое вмешательство необратимо — снятый красочный слой уже не вернуть. Как сохранить для истории каждый этап этой ювелирной работы?

Эрмитаж нашел элегантное решение. Совместно с платформой «Атомайз» (первой в России, получившей лицензию ЦБ на выпуск цифровых активов) и компанией «Интеррос» музей создаёт цифровые NFT-копии этих фресок. Каждый токен — это уникальный цифровой сертификат, привязанный к конкретному этапу реставрации. Его можно купить, и средства пойдут на дальнейшие работы. Владелец может им гордиться, выставлять или перепродавать.

Гендиректор «Цифрового наследия» Алевтина Камелькова подчеркивает: это первый в России проект по выпуску NFT, полностью соответствующий нашему законодательству. Получился гениальный ход: музей и фиксирует бесценные данные для будущих поколений, и привлекает средства на реставрацию через современные технологии.

Мы привыкли, что в цифровом мире всё можно бесконечно копировать. NFT ломает это правило, создавая цифровую уникальность и закрепляя её за владельцем. Это мост между миром битов и миром атомов, между виртуальным искусством и реальной ценностью.

Так стоит ли бояться, что ИИ заменит художников? Пока нет. Он — не соперник, а мощный союзник. Одни создают новое, другие — бережно хранят и восстанавливают старое. Машины нас не потеснят. Но они уже сегодня помогают творить, исследовать и сохранять красоту. И в этом альянсе — будущее искусства.