Как работает экстренная медицина в Москве: сравниваем с мировым опытом

Секунды на спасение: из чего складывается успех

Чтобы у врача был шанс, пациента нужно не просто быстро привезти. Его нужно доставить в нужную клинику, где есть необходимое оборудование. Эту клинику надо предупредить, чтобы к моменту прибытия дежурила готовая бригада, работала аппаратура и была свободна операционная. Затем — молниеносная диагностика, оценка тяжести и само лечение. Сложно? Это лишь верхушка айсберга.

Каждый из этих этапов — отдельный вызов, для которого нужны и технологии, и продуманная логистика. Представьте: даже «скорая» с мигалкой может застрять в пробке. Что тогда? В самых критических случаях в дело вступает санитарная авиация. Это мировая практика.

Три кита экстренной помощи: место, технологии, люди

Итак, пациент в больнице. Предварительный диагноз от врача «скорой» уже есть. Дальше — царство отделения неотложной помощи. На Западе эталоном часто становятся частные клиники с безупречным оснащением.

Современное ургентное отделение немыслимо без высокоточных томографов, ангиографов с 3D-моделированием и цифровых систем, которые хранят всю историю пациента в пару кликов. Бумажные карточки здесь — архаизм.

Но у «идеальных» частных клиник есть обратная сторона: высокая цена и не всегда большая пропускная способность. В лучших больницах Европы через отделение неотложки проходит от 40 до 200 человек в сутки. Пациент может провести там от 4 часов до… трех суток. Да, так долго. Иногда это вопрос экономии: «долечить» на месте дешевле, чем передавать в стационар. За 72 часа многих успевают поставить на ноги и выписать.

А вот в загруженных госпиталях США, Израиля или Индии цифры иные — до 600 пациентов в сутки. При такой скорости на первый план выходит уже не столько техника, сколько безупречная организация и слаженная работа команды. Искусство управления процессом.

Четыре цвета жизни: как сортируют пациентов

Ключевое умение в экстренной медицине — быстро и точно распределить пациентов по степени угрозы для жизни. Это называется триаж (от французского triage — сортировка). Интересный факт: мир обязан этим методом нашему соотечественнику, хирургу Николаю Пирогову. Логично: в военно-полевых условиях, где вся медицина — ургентная, нужно решать, кого спасать в первую очередь. Разве задача мегаполиса принципиально иная?

Сегодня главный инструмент сортировки — триажная шкала. Проще говоря, алгоритм, который определяет срочность помощи по состоянию пациента. Шкал в мире несколько, но суть одна.

В России относительно недавно внедрили понятную четырехцветную систему:

• Зеленый — состояние легкое.
• Желтый — средней тяжести.
• Оранжевый — тяжелое.
• Красный — угрожающее жизни.

Московский эксперимент: как создать эталон за год

Возьмем для примера Москву — гигантский организм с населением свыше 13 миллионов. Каждый день здесь в критической ситуации оказываются тысячи людей. Работает более тысячи бригад скорой, совершая больше четырех миллионов вызовов в год. Масштаб колоссальный.

Изучив мировой опыт, в столице решили не копировать, а создать свой, более эффективный стандарт. Так появилась сеть флагманских центров экстренной медицины — «больницы в больнице».

За год открыли четыре таких центра (в Вересаевской больнице, в Склифе, в Боткинской и в Филатовской), еще два — на подходе. Это не просто новые корпуса. Это полигоны для отработки всех процессов. Например, в Боткинской — семиэтажный корпус с вертолетной площадкой на крыше.

Здесь диагноз и тактику для 70% пациентов определяют за два часа. Пациент находится в центре не больше суток: либо его выписывают, либо переводят в профильный стационар. Пропускная способность — до 300 человек в сутки. Впечатляет, но главное не это.

Флагманские центры стали стартовой площадкой. На их базе отработали новый стандарт, по которому уже в этом году должны работать все взрослые многопрофильные больницы Москвы. Представьте: экстренную помощь высшего уровня можно будет получить не в нескольких «образцовых» местах, а практически в любом крупном стационаре. Это и есть настоящая революция доступности.

Конечно, «обычным» больницам придется тяжелее — новых зданий им не построят. Но капремонты, новое оборудование и переобучение персонала по флагманским методикам уже идут полным ходом.

Не только технологии: комфорт и команда

В мире подходы разные. В Германии приемные зоны делят по специализациям. В США часто работает принцип «один врач — один пациент». В Москве выбрали свою модель: мультидиагностику, когда с пациентом сразу работает несколько специалистов для скорости, и короткие маршруты внутри одного помещения. Пробирка с анализом летит в лабораторию по пневмопочте, а в гибридных операционных две бригады могут оперировать одновременно — например, сосудистые хирурги и травматологи.

Но что действительно радует, так это человеческий подход. В московских центрах впервые подумали не только о пациентах, но и об их родных. Четкая навигация, зоны ожидания с Wi-Fi, экраны с зашифрованной информацией о состоянии больных, комнаты для бесед с врачами. В штате даже появились психологи и соцработники, которые помогают, например, детям, оставшимся без присмотра. Неожиданно для нашей системы, правда?

И да, командная работа здесь — не пустой звук. Всех сотрудников учат взаимодействовать. Фраза «это не мой пациент» здесь приговор профессиональной непригодности.

Цифра, которая объединяет

Цифровизация — основа всего. На Западе тоже есть крутые решения: в Израиле, например, есть стойки саморегистрации для легких пациентов и даже роботы-навигаторы. Но у их систем есть фатальный недостаток: они часто локальны и не «говорят» друг с другом.

В Москве пошли другим путем. При поступлении вся информация о пациенте выводится на сенсорную панель. Предварительную цветовую градацию тяжести может присвоить программа по данным датчиков (окончательное слово — за врачом). У каждого пациента — браслет с QR-кодом, дающим доступ к его истории. У каждой медсестры — сканер, у врача — планшет.

Но главный козырь — интеграция. Все стационары, скорая и поликлиники Москвы связаны единой информационной системой ЕМИАС. Электронная медкарта создается при любом обращении. В какую бы больницу ни попал человек, его история уже перед глазами врача. А через приложение «ЕМИАС.Инфо» — и у него самого, и у его родных. За рубежом о такой связности данных можно только мечтать. Получается, мы сами стали задавать тренды?

Признаем честно: в отдельных частных клиниках за границей помощь может быть столь же высокой… как и ее стоимость. Москва же дает гарантию бесплатной экстренной помощи высшего уровня практически в любой районной больнице. Это огромный социальный прорыв.

Остается лишь надеяться, что пользоваться этой отлаженной системой нам всем придется как можно реже. Будьте здоровы.