Когда мы стареем на самом деле: два неожиданных возрастных пика

Представь, что старение — это не тихий спуск с пологого холма, а скорее маршрут со скрытыми крутыми ступенями. Исследования из США говорят именно об этом: мы стареем не плавно, а рывками, и у этих рывков есть свои, довольно четкие, временные отметки.

Забудьте про образ черепахи, медленно, но верно ползущей к своему веку. Старение, как выяснилось, больше похоже на гепарда: оно набирает скорость внезапно, чтобы сделать мощный скачок. Ученые, пристально изучив тысячи молекул в организме людей, обнаружили две основные волны возрастных перемен. Первая накрывает нас примерно в 44 года, а вторая ждет в засаде ближе к 60. Вот почему в определенном возрасте здоровье может будто бы «срываться с цепи» — за этим стоят вполне конкретные биологические бури.

Когда мы стареем на самом деле: два неожиданных возрастных пика

Как люди стареют (спойлер: не так, как мы думали)

«Выяснилось, что середина пятого десятка — это время драматических перемен, как и начало седьмого. И это происходит независимо от того, на какой класс молекул мы смотрели», — делится открытием профессор Майкл Снайдер. Звучит как сюжет для захватывающего сериала про наше же тело, не правда ли?

Как проходило это почти детективное расследование? Ученые наблюдали за 108 добровольцами, которые регулярно сдавали множество анализов — от крови до мазков с кожи. В фокусе было невообразимое количество «персонажей»: 135 000 различных молекул (РНК, белков, метаболитов) и целые микробные миры, живущие в нас. И вот что поразительно: большинство из этих молекул не менялись плавно год за годом.

Их трансформация носила взрывной характер. Когда исследователи стали искать самые значимые сдвиги, оказалось, что основные преобразования приходятся именно на период между 40 и 60 годами.
Скачок в середине 40-х стал сюрпризом. Первой мыслью было списать всё на перименопаузу у женщин, которая могла исказить общую картину.
Но данные оказались беспристрастны: аналогичный молекулярный шторм бушевал и в организмах мужчин, перешагнувших сорокалетний рубеж. Так что, джентльмены, это общая для всех история.

Жизнь после сорока: что меняется на молекулярном уровне?

Первая волна, в 44, прежде всего бьет по молекулам, связанным с сердцем, сосудами и нашей способностью перерабатывать кофеин, алкоголь и жиры. Похоже, именно в этом возрасте тело начинает шептать: «Эй, с этим пора бы уже поаккуратнее».
Вторая волна, около 60, затрагивает молекулы иммунной регуляции, углеводного обмена и работы почек. Интересно, что «молекулы молодости» кожи и мышц значительно менялись в оба эти периода. Получается, старость подкрадывается к разным системам в разное время, но некоторые мишени у нее любимые.

Кстати, предыдущие работы намекали на еще один серьезный сдвиг ближе к 78 годам. Но это исследование его не подтвердило — просто потому, что самым возрастным участникам было «всего» 75. Что ж, возможно, третья ступенька ждет нас чуть дальше.

Обнаруженная закономерность отлично объясняет, почему риск многих возрастных болезней растет не линейно, а скачками.
И да, не всё сводится к чистой биологии. На молекулярные перемены могут влиять и наши привычки.
Взять хотя бы изменение метаболизма алкоголя. Учёные осторожно предполагают: а не связано ли это с тем, что после 40 некоторые начинают «заливать» возросший жизненный стресс? Пища для размышлений, согласитесь.