Кто создал атомную бомбу: история главных ученых проекта

Все началось с письма. В 1939 году Альберт Эйнштейн, встревоженный слухами о немецких ядерных амбициях, написал Франклину Рузвельту. Знаете, о чем? По сути, о том, что Гитлер может получить в руки абсолютное оружие. Этого было достаточно, чтобы Америка запустила собственную гонку. Так родился «Манхэттенский проект» – сверхсекретная, безумно дорогая и невероятно сложная операция по созданию бомбы.

В секретную лабораторию в Лос-Аламосе, посреди пустыни Нью-Мексико, съехались сотни лучших умов планеты. Представьте это сборище гениев под колючей проволокой! Кто же были эти люди, решившие, что им по силам расколоть атом? Давайте познакомимся с ключевыми фигурами.

Дж. Роберт Оппенгеймер

Он родился в Нью-Йорке в 1904 году, и его гений проявился рано: в 12 лет он уже читал лекции в Минералогическом клубе, а Гарвардский университет проглотил всего за три года. Потом была аспирантура в Германии, где его учил сам Эйнштейн. Вернувшись в США с докторской степенью, Оппи осел в Калифорнийском университете и погрузился в мир ядерной физики.

Когда в 1939 году затеяли Манхэттенский проект, выбор на руководителя пал именно на него. И не зря: к тому моменту он был звездой ядерной физики, харизматичным лидером и, что немаловажно, умел разговаривать на одном языке с генералами и политиками, выбивая ресурсы и поддержку. Он стал тем директором, который смог оркестровать этот хаос гениев.

Энрико Ферми

Если Оппенгеймер был мозгом и дирижером, то Ферми – его главным экспериментатором, волшебником от физики. Родившись в Риме в 1901 году, он уже в 1934-м первым в мире получил искусственную радиоактивность, бомбардируя уран нейтронами. Это открытие стало краеугольным камнем.

Спасаясь от фашистских антисемитских законов, Ферми сбежал в США и в Колумбийском университете сошелся с Оппенгеймером. В проекте он был везде: руководил созданием первого в мире ядерного реактора в Чикаго, где в 1942 году запустили первую самоподдерживающуюся цепную реакцию. Это был момент истины: человечество впервые зажгло крошечное искусственное солнце и доказало, что теория работает.

Лео Силард

Венгерский гений, вечный провидец и, пожалуй, главный «заводила» всей этой истории. Именно Силард в 1939 году уговорил Эйнштейна подписать то самое письмо Рузвельту. Представляете силу убеждения? Он одним из первых осознал ужасающий потенциал деления урана и понял, что гонка уже началась.

Попав в проект, он стал его интеллектуальным мотором. Именно в партнерстве с Ферми он детально расписал процесс деления и помог создать тот самый чикагский реактор. Силард всегда думал на шаг вперед, а иногда и сожалел об этом. Интересно, часто ли он вспоминал ту самую встречу с Эйнштейном в более поздние годы?

Ханс Бете

Немец, бежавший от нацистов, как и многие его коллеги. Ханс Бете, родившийся в 1906 году в Страсбурге, был титаном теоретической физики. К моменту приглашения в Лос-Аламос в 1943 году он уже был легендой, расшифровавшей процессы, питающие звезды. Да-да, ядерный синтез в недрах светил – это его рук дело.

В проекте он возглавил теоретический отдел. Его главный вклад? Математика разрушения. Бете разработал ключевые формулы, позволявшие рассчитать и критическую массу урана для взрыва, и саму мощность этого взрыва. Он превратил звездную энергию в сухие, точные цифры на инженерных чертежах.

Ричард Фейнман

А это – юное дарование, будущая суперзвезда науки. В 1942 году Фейнман, блестящий выпускник Принстона, был еще зеленым аспирантом. Его уговорили присоединиться к проекту, сыграв на страхе: «А если нацисты сделают это первыми?».

Но даже в мрачной атмосфере Лос-Аламоса его неуемный ум искал выход. Из чистого любопытства он стал... взломщиком сейфов! Фейнман мастерски вскрывал замки, демонстрируя вопиющие дыры в системе безопасности, и «воровал» секретные документы у коллег, чтобы потом с триумфом возвращать. Этот эпизод прекрасно показывает его характер: невероятно одаренный, озорной и всегда ставящий под сомнение установленный порядок. Его главные открытия в квантовой электродинамике, за которые он получит Нобелевку, были еще впереди. А тогда он был просто гениальным сорванцом, помогавшим строить бомбу.