Друзья навсегда: как шимпанзе хранят в памяти лица близких

Открытие американских учёных ломает старые стереотипы. Оказывается, наши ближайшие родственники — шимпанзе и бонобо — способны хранить в памяти лица друзей и членов семьи не просто годами, а десятилетиями. Долго считалось, что такая продвинутая социальная память — исключительно человеческая прерогатива. Ан нет, природа оказалась щедрее.

А это, между прочим, наводит на мысль: сколько ещё животных помнят о нас и о своих сородичах гораздо больше, чем мы им приписываем? Мы часто недооцениваем их внутренний мир.

Эксперимент: как заглянуть в память обезьяны?

Спросить примата «Узнаёшь?» не получится. Пришлось искать хитрые способы. Психолог Кристофер Крупенье и его команда из Университета Джона Хопкинса использовали трекеры движения глаз. По сути, это умные инфракрасные камеры, которые с ювелирной точностью фиксируют, куда падает взгляд подопытного, когда ему показывают разные изображения.

Учёные пригласили к «просмотру» 26 шимпанзе и бонобо из зоопарков и заповедников Европы и Японии. Им на 3 секунды демонстрировали пары фотографий сородичей. На одних были совершенно незнакомые особи, на других — старые друзья, члены семьи или даже бывшие недруги, которых они не видели много лет.

Результат? Обезьяны задерживали взгляд на знакомых «лицах» в среднем на четверть секунды дольше — это на 11-14% больше, чем на фотографиях незнакомцев! И это при том, что некоторые «знакомцы» отсутствовали в их жизни 5, 10, а то и все 26 лет, как в случае Луизы. Мгновенное, почти интуитивное узнавание.

Этот быстрый, автоматический отклик очень похож на то, как младенцы дольше разглядывают лица своих родителей. «Похоже на ситуацию, когда вы идёте по улице и вдруг видите человека, которого не встречали много лет», — поясняет ведущий автор работы, эволюционный антрополог Лора Льюис.

Что интересно: дольше всего взгляд задерживался на тех, с кем были тёплые, позитивные отношения — на бывших товарищах по играм, на тех, кто ухаживал за ними. А вот бывшие сексуальные партнёры, просто знакомые или те, кто когда-то причинил боль, такого пристального внимания не удостаивались. Память, выходит, избирательна и эмоционально окрашена.

А что другие звери? Только ли приматы так могут?

Конечно, дельфины узнают сородичей по свисту, слоны — по трублению, собаки — по запаху. Но вот именно визуальное распознавание знакомого лица спустя многие годы — это считалось нашим, человеческим, эволюционным «ноу-хау». Оно было критически важно для выживания: узнал союзника — можно возобновить контакт, обменяться ресурсами в голодный год.

Логично, что эта способность есть и у шимпанзе, чьи сложные социальные группы то распадаются, то снова сливаются. Им тоже нужно помнить, кто друг, а кто нет. Так что, возможно, мы не так уж уникальны в своей способности скучать по старым приятелям.