Глубоководная экспедиция нашла самое долгоживущее животное

Всего полтора месяца назад — в марте — завершилось 45-дневное путешествие в одну из самых загадочных точек планеты: в зону разлома Кларион-Клиппертон. Эта гигантская подводная равнина затерялась где-то между Мексикой и Гавайями.

Место это — часть так называемых абиссальных равнин. Царство вечного мрака и чудовищного давления, где глубина колеблется от 3,5 до 5,5 километров. Ирония в том, что подобные территории покрывают больше половины земной поверхности, а мы знаем о них катастрофически мало. Прямо под нами кипит (точнее, очень медленно течет) жизнь, о которой мы лишь догадываемся.

Как выжить на дне мира?

Здесь царит вечный дефицит. Питательных веществ — кот наплакал. Основной деликатес — «морской снег»: медленный, бесконечный дождь из органических останков, падающих с верхних, более гостеприимных слоев океана. Неудивительно, что местная фауна состоит в основном из экономных фильтраторов вроде губок и коллекционеров осадка — морских огурцов.

Чтобы заглянуть в этот мир, ученые отправили в бездну дистанционно управляемый аппарат. Он не только снимал, но и аккуратно собирал образцы. И вот одна из находок: чашеобразная стеклянная губка. Существо-долгожитель, чемпион планеты по продолжительности жизни — некоторые особи могут существовать до 15 000 лет. Попробуйте осмыслить эту цифру.

А вот и она — та самая «розовая морская свинка», огурец из рода Amperima. Она неспешно бродит по пустынному дну на своих трубчатых ножках, выискивая хоть немного питательного ила. А те самые выросты спереди? Это видоизмененные конечности, которые она использует, чтобы буквально запихивать еду себе в рот. Элегантно? Нет. Практично? Абсолютно.

Но зачем нам все это знать? Экспедиция — не просто любопытство. Это срочная инвентаризация перед большими переменами. Этот регион — будущее месторождение редких металлов для аккумуляторов, солнечных панелей и прочих «зеленых» технологий. Несколько стран и корпораций уже в очереди за разрешением на добычу. Они будут собирать со дна загадочные минеральные конкреции — богатые рудой шары.

И перед тем как запустить гигантские машины, ученым отчаянно нужно понять: что мы можем разрушить? Какие виды живут здесь и как устроена эта хрупкая, почти инопланетная экосистема? Вопрос, по-моему, риторический: стоит ли ради технологий будущего безвозвратно терять мир, который мы только начали узнавать?