Горе меняет ДНК: как потеря близкого ускоряет биологическое старение организма

Смерть близкого — это рана, которую не видно. Мы знаем, что она болит в душе, вызывая тоску, апатию или даже настоящую травму. Но что, если горе оставляет шрамы не только в памяти, а прямо в наших клетках, ускоряя сам механизм старения? Последние исследования говорят, что это так.

Правда в том, что к утрате нельзя подготовиться. И её последствия могут быть куда глубже и опаснее, чем мы привыкли думать.

Горевание — процесс сугубо индивидуальный. Кто-то уходит в себя, кто-то, наоборот, ищет спасения в общении. Одних преследуют провалы в памяти, других — изматывающая бессонница или непонятные боли. Со временем острая боль притупляется, жизнь будто бы налаживается. Но наука обнаружила, что наше тело может помнить утрату даже тогда, когда ум уже смирился. И память эта записана в самой основе нашего существа — в ДНК.

Когда горе становится частью биологии

Впервые детально изучить эту мрачную связь взялась команда учёных под руководством Элисон Эйлло из Колумбийского университета. Они обратились к огромному массиву данных — Национальному многолетнему исследованию, начатому в 1994 году. В нём участвовало около 20 000 человек, которые два десятилетия отчитывались о своём психическом состоянии, образе жизни, доходе, семье и привычках.

Но ключевыми для учёных стали не все, а те 40% участников, которые за несколько лет до анализа пережили потерю близкого человека. Это был своеобразный естественный, но жестокий эксперимент.

Горе меняет ДНК: как потеря близкого ускоряет биологическое старение организма

Часть из этих людей согласилась сдать кровь для анализа. И вот здесь началась самая сложная работа: как измерить биологический возраст, то есть насколько тело человека состарилось в реальности, а не по паспорту?

На создание метода ушло около шести лет. В итоге учёные использовали модель линейной регрессии, которая позволила выявить связь между количеством пережитых утрат и биологическим возрастом, отсеяв все побочные факторы вроде курения или дохода.

Результат оказался тревожным и однозначным. У тех, кто потерял близких, обнаружились изменения в эпигенетических метках ДНК — своеобразных «аннотациях», которые включают и выключают гены. Эти изменения указывали на ускоренное биологическое старение. Самый сильный эффект наблюдался у людей, переживших утрату в возрасте 33–44 лет. И чем больше потерь было в жизни, тем быстрее шли внутренние часы. Поразительно и жутко, не правда ли?

Но был и парадокс: оказалось, что переживание смерти близкого в более *старшем* возрасте также наносит серьёзный биологический удар. Почему? Пока загадка. Учёным предстоит разобраться в этом, потому что конечная цель — не просто констатировать печальный факт, а найти способы защитить наше тело от разрушительных последствий невыносимого горя.