Как мозг хранит память: три версии одного воспоминания
Давайте заглянем в лабораторию. Учёные из Базельского университета не стали гадать о памяти — они наблюдали за мозгом мышей в реальном времени. И картина открылась поразительная: гиппокамп, наш внутренний архив, содержит как минимум три независимых «цеха» по производству воспоминаний. Каждый цех — особая группа нейронов — работает по своему графику и со своей степенью надёжности. Это исследование — первое, которое смогло буквально увидеть этот трёхслойный механизм в действии.
Три лица памяти: как гиппокамп хранит наше прошлое
Под руководством профессора Флавио Донато команда выяснила: одно и то же событие мозг записывает в трёх разных нейронных ансамблях внутри гиппокампа. Но что, если эти копии — не просто резервные? Что если каждая предназначена для своей, особой миссии?
- «Ранние пташки». Эта группа нейронов рождается рано. Её копия воспоминания сначала едва заметна, но со временем она только крепчает. Как черно-белый снимок, который проявляется в ванной темной комнаты.
- «Поздние гости». А вот эти нейроны, наоборот, создают чёткий, яркий след сразу после события. Но он недолговечен! Со временем доступ к этой версии стирается. Интересно, не поэтому ли свежие воспоминания такие яркие, но нестабильные?
- «Золотая середина». Нейроны среднего возраста — основатели самой стабильной библиотеки. Они создают прочные, долговечные записи, которые не так-то просто ни стереть, ни исказить. Надёжный архив, к которому всегда можно обратиться.
Получается, воспоминания в «поздних» нейронах — самые пластичные, они легче всего поддаются изменениям и перезаписи. Именно туда мозг в первую очередь вносит правки, когда вы переосмысливаете недавнее событие, интегрируя новые детали в старую картину.
Пластичность против прочности: в чём смысл этой сложной системы?
- «То, что воспоминания хранятся динамично — прямое доказательство пластичности мозга. Это и есть секрет его колоссальной ёмкости», — объясняет соавтор работы Вильде Квейм в журнале Science.
Авторы делают смелое предположение: то, какую именно «копию» мозг активирует в конкретный момент, кардинально меняет наше восприятие прошлого и его влияние на нас. Получается, у нас в голове не один фильм о случившемся, а три разных режиссёрских версии.
- «Перед мозгом стоит дилемма, — размышляет профессор Донато. — С одной стороны, он обязан точно помнить прошлое, чтобы мы понимали мир. С другой — должен адаптироваться к изменениям. Наши воспоминания тоже обязаны меняться, чтобы мы могли принимать верные решения в будущем».
Если эта схема работает и в человеческом мозге (а есть все основания так полагать), открытие переворачивает подход к лечению расстройств памяти. Представьте: для лечения ПТСР, где нужно ослабить навязчивые воспоминания, можно будет точечно воздействовать на «поздние» нейроны. А для борьбы с деменцией, наоборот, поддерживать «ранние» и «средние». Будущее терапии становится гораздо более точным.
В топе
