Как мозг управляет памятью: ученые обнаружили единую сеть для воспоминаний и фактов
Учёные десятилетиями были уверены: семантическая память (знание фактов) и эпизодическая (личные воспоминания) живут в разных районах мозга. Но свежие данные показывают обратное. Оказывается, когда мы вспоминаем и то, и другое, активируется одна и та же нейронная сеть. Разница лишь в интенсивности её работы. Это как включать одну и ту же лампу, но то на полную мощность, то вполнакала.
Эта работа ставит крест на старой строгой классификации. Авторы предлагают рассматривать память как непрерывный спектр, где границы размыты. Знакомое чувство, правда? Когда вы не можете точно сказать, где заканчивается сухое знание «Париж — столица Франции» и начинается теплое воспоминание о том самом кафе с круассаном.
Так одна память или всё-таки две?
Традиционно долговременную память делят на семантическую (знания об устройстве мира) и эпизодическую (сцены из личной истории). Первая — холодная и абстрактная: «сауна — это жарко». Вторая — живая и подробная: «я помню, как в прошлую пятницу мы соревновались в сауне на выносливость, а потом пили ледяную воду». Казалось бы, пропасть.
Но в последние годы эта пропасть начала стремительно сужаться. Учёные обнаружили, что нейронные следы — паттерны активности мозга — у этих видов памяти во многом пересекаются. А ещё появилась «серая зона» — личная семантика. Это знание фактов о себе («у меня есть абонемент в сауну») или обобщённые воспоминания о повторяющихся событиях («я всегда начинаю тренировку с растяжки»). Она не чисто факт, но и не конкретный эпизод. Она — мост.
«Личная семантика, несмотря на свою важность, остаётся тёмной лошадкой», — отмечает ведущий автор работы Анник Тангуэй. И именно этот мост помог учёным разглядеть целостную картину.
Эксперимент: что же загорается в мозге?
Исследователи подключили 48 участников к фМРТ-сканеру и задавали им вопросы. Вопросы были разного типа: на общие знания, на уникальные личные события, на автобиографические факты и на повторяющиеся события. Затем они проанализировали, какие зоны мозга «зажигались» в каждом случае.
Результат оказался элегантным. Все четыре типа памяти задействовали одни и те же ключевые области так называемой «основной сети памяти». Да, были и уникальные всплески активности, но общий каркас оставался неизменным. Это как один оркестр, который играет разные произведения: состав музыкантов один, но партии и громкость меняются.
Дополнительный опрос ещё 106 человек помог объяснить, почему активность различается. Оказалось, сила сигнала в общей сети растёт вместе с личной значимостью воспоминания, обилием визуальных деталей и его привязкой к конкретной сцене. Чем ярче и субъективно важнее переживание — тем громче «звучит» наша единая память в этих областях.
«Вместе наши данные подтверждают: долговременная память — это одна система, — подводит итог старший автор Луис Реноулт. — А разные её проявления — это просто разная степень активации общей сети в мозге». Получается, наша психика куда целостнее, чем мы привыкли думать. И в этом есть своя красота.