Как окситоцин связан с ожирением и депрессией: открытие учёных о «гормоне любви»

Всё началось с двух мальчиков из разных семей. Оба страдали от тяжёлого ожирения, повышенной тревожности и странных, обострённых реакций на звуки или запахи. Международная команда генетиков из Кембриджа и Бейлора решила заглянуть в их ДНК. И обнаружила удивительное совпадение: у обоих мальчиков отсутствовал один и тот же ген — TRPC5, расположенный на X-хромосоме.

История на этом не закончилась. Оказалось, мальчики унаследовали этот дефект от своих матерей. У обеих женщин также отсутствовала копия гена на одной из X-хромосом. И что же? Обе матери боролись с ожирением и пережили тяжёлую послеродовую депрессию. Совпадение? Вряд ли.

Чтобы доказать причинно-следственную связь, учёные обратились к классическому методу: создали животную модель. Они вывели мышей с отключённым аналогом человеческого гена — Trpc5. Результат был поразительно похож. Самцы мышей демонстрировали тревожность и быстро набирали лишний вес. А самки? Они проявляли признаки послеродовой депрессии, вплоть до того, что переставали заботиться о своём потомстве. Звучит жутко знакомо, не правда ли?

Окситоцин и ген TRPC5

Но что же делает этот ген? TRPC5 входит в семейство генов, отвечающих за обработку сенсорных сигналов — от тепла до осязания. Он активен в гипоталамусе — древней части нашего мозга, которая управляет аппетитом, чувством сытости и базовыми инстинктами.

Самое интересное выяснилось дальше. Этот ген работает в нервных клетках, производящих окситоцин — тот самый «гормон любви и доверия», критически важный для формирования материнской привязанности. Когда учёные удалили TRPC5 именно из этих окситоциновых нейронов, у здоровых мышей начались те же проблемы: переедание, нарушения социального поведения и материнского инстинкта.

«Мы давно знали, что гипоталамус регулирует наше инстинктивное поведение: поиск пищи, общение, реакцию на опасность, заботу о детях, — комментирует профессор Садаф Фаруки из Кембриджа. — Наша работа показывает, что TRPC5, действуя на окситоциновые нейроны, играет в этом регулировании критическую роль». Получается, наше «сознательное» решение съесть ещё одну печеньку может иметь глубокие биологические корни.

Окситоциновая терапия

Люди с полным отсутствием гена TRPC5 встречаются нечасто. Анализ полумиллиона образцов ДНК в UK Biobank выявил лишь 369 таких случаев. Но что показательно: почти три четверти из них страдали ожирением. Это исследование — мощное напоминание о том, какую огромную роль окситоцин играет в нашей жизни.

Уже есть работы на животных, связывающие окситоцин с депрессией и материнским поведением. Проводятся и первые эксперименты по его терапевтическому применению. Учёные уверены: направление перспективное, и окситоциновая терапия заслуживает самого серьёзного развития.

«Многие формы поведения, которые мы считаем полностью подконтрольными нашей воле, имеют мощную биологическую основу, — резюмирует профессор Фаруки. — Это касается пищевых привычек, тревожности, послеродовой депрессии. Нам необходимо это понимать и относиться к людям, страдающим от этих состояний, с гораздо большим сочувствием». Сложно не согласиться. Может, пора перестать винить людей в их «слабости» и начать искать причину в их генах?