Почему лабрадоры всегда голодны? Виновата генная мутация, замедляющая метаболизм
Лабрадоры давно держат пальму первенства по «прожорливости». Виной всему — мутация в гене POMC. Ученые знали, что она делает собак склонными к ожирению, но теперь разобрались в деталях этого коварного механизма.
«Это двойной удар по собаке», — объясняет доктор Элеонора Раффан из Кембриджа, руководившая исследованием. Представьте себе хозяев, которые героически борются с лишним весом питомца. Они тратят колоссальные усилия, и теперь мы понимаем почему.
Генетический код обжорства: почему лабрадору всегда мало
В журнале Science Advances команда Раффан описала хитрый эксперимент. Они собрали 36 взрослых лабрадоров: у одних была мутация в обеих копиях гена, у других — в одной, а третьи родились без нее.
Схема была проста: собак кормили завтраком, а через три часа показывали прозрачную коробку с колбасой внутри. И вот тут начиналось самое интересное.
Собаки с «поломанным» геном POMC вели себя иначе. Они почти не отдыхали и не изучали комнату, а были одержимы одной целью — добраться до вожделенной сосиски. Их собратья без мутации относились к угощению куда спокойнее.
«Собаки с мутацией были просто зациклены на колбасе», — отмечает Раффан. Это явный признак того, что они испытывали более сильный голод. Но так ли это на самом деле?
Следующий эксперимент с 24 лабрадорами дал неожиданный ответ. Оказалось, что сразу после еды все собаки, независимо от генетики, съедали примерно одинаковое количество корма — в среднем по 2 килограмма. Значит, дело не в пустом желудке? Совершенно верно. Голод здесь особый — генетический, фоновый.
Команда пошла дальше и измерила, сколько калорий сжигают 19 ретриверов в полном покое. Для этого использовали специальную камеру, где отслеживали их дыхание.
Цифры впечатлили. Собаки с двумя копиями мутации сжигали на целых 25% меньше энергии, чем их генетически «чистые» сородичи. Попробуйте сами посчитать: чтобы такой пес не превратился в колобка, его порцию нужно урезать почти на четверть. Сложная задача для любого хозяина, не правда ли?