Семаглутид связали с риском редкого заболевания глаз

Вот вам и история успеха. Семаглутид, та самая звездная молекула из Ozempic и Wegovy, снова в новостях. Но на этот раз не за головокружительные результаты, а за потенциально тревожный побочный эффект. Гарвардские ученые нашли связь между его приемом и риском редкого, но опасного заболевания глаз – передней ишемической оптической нейропатии. Проще говоря, речь может идти о внезапной и необратимой потере зрения. Звучит страшно, правда?

Но – и это огромное «но» – авторы спешат уточнить: обнаруженная связь не равняется доказанной причине. Нужны новые данные, и вот почему.

Давайте заглянем за кулисы исследования. Команда из Гарварда, опубликовавшая работу в JAMA Ophthalmology, подняла гигантский массив данных: почти 17 000 медицинских карт пациентов знаменитой Массачусетской глазной и ушной больницы, начиная с 2017 года. Поводом для такого глубокого анализа стали всего три случая: у троих пациентов проблемы со зрением начались именно на фоне приема семаглутида. Задумайтесь: иногда история большой науки начинается с нескольких личных трагедий.

Исследователи сузили фокус до 1700 человек с диабетом или ожирением. Из них более 500 получали семаглутид. Трехлетнее наблюдение принесло четкие, но пугающие цифры: 46 случаев опасной нейропатии. Риск для принимавших препарат оказался в разы выше – 8.9% против 1.8% у диабетиков без него и 6.7% против 0.8% у пациентов с ожирением. Цифры говорят сами за себя, но можно ли их трактовать однозначно?

Семаглутид связали с риском редкого заболевания глаз

Связь или совпадение? Что делать с этой информацией

Ключевая оговорка ученых: их работа носит наблюдательный характер. Они видят корреляцию, но не могут с уверенностью заявить, что именно семаглутид – виновник. Может, дело в общих механизмах заболеваний? Или в других сопутствующих факторах? Вопросов пока больше, чем ответов.

Поэтому закономерный призыв авторов – к более масштабным и методически строгим исследованиям. Нужны рандомизированные клинические испытания и анализ данных из множества источников. Только так мы поймем реальный масштаб угрозы и определим, как миллионам людей, уже принимающим эти препараты, минимизировать возможные риски. Ждать осталось недолго – наука сейчас работает на опережение.