Тектоника плит: первое вымирание кембрийского периода

Пока примитивная жизнь в кембрийских морях экспериментировала с формами и панцирями, сама планета готовила ей сюрприз. Где-то в глубинах континентальные плиты сошлись в титаническом танце. Их столкновение родило горы и – что куда важнее – стало спусковым крючком для серии событий, которые в итоге задушили целые ветви эволюционного древа.

Это геологическое давление вытолкнуло на поверхность океаны расплавленной магмы. Земля, по сути, выпустила пар – в прямом и переносном смысле. В атмосферу хлынули тонны парниковых газов, климат резко потеплел, и океаны стали негостеприимными. Под раздачу попали, например, археоциаты – древние «архитекторы» рифов, и загадочные хиолиты, похожие на миниатюрные ледяные рожки. Их время внезапно закончилось.

«Сваливать вымирание на тектонику – звучит необычно, – признается Джон Гудж, почетный профессор Университета Миннесоты. – Но доказательства складываются в железную логику. Природа, как всегда, оказалась изобретательнее наших стереотипов».

Когда планета сама нажимает на «кнопку сброса»

Как же ученые вышли на этот неочевидный след? Гудж и его команда сравнили геологические «дневники» из двух точек планеты – Антарктиды и южной Австралии. Миллионы лет назад эти земли были соседями у экватора, частью суперконтинента Гондваны. И что удивительно: в обоих «дневниках» одна и та же запись – фаза интенсивного горообразования, предшествующая волне вымираний. Совпадение? Не думаю.

Работа, корни которой уходят в 90-е, наконец обрела законченную форму и была опубликована в Science Advances. Интересно, сколько еще открытий пылится в старых полевых журналах, ожидая своей связи с будущим?

Все началось с ярких палаток на белоснежном леднике. Два полевых сезона вертолетных перелетов и поездок на снегоходе к хребту Холиоук – лишь чтобы собрать окаменелости и точно зафиксировать тот самый рубеж, где жизнь оборвалась. Параллельно в Австралии другая группа нашла идентичную картину. Палеонтология – это вам не кабинетная наука, это экспедиции, мороз и ветер в лицо.

«Никогда не угадаешь, когда твоя работа десятилетней давности обретет новый смысл», – размышляет Гудж. И в этом, пожалуй, главная магия науки: сложить разрозненные фрагменты прошлого в ясную, пусть и пугающую, картину.