Учёные обнаружили в мозге механизм, который блокирует мотивацию к действию

Учёные давно предполагали, что наш мозг — этакий бухгалтер. Перед любым делом он подсчитывает: а стоит ли игра свеч? Если предполагаемые затраты (стресс, скука, усилия) кажутся ему выше награды, мотивация испаряется. Но где же находится тот самый внутренний «тормоз»? Исследователи из японского института WPI-ASHBi, кажется, нашли ответ. Их работа вышла в авторитетном журнале Current Biology.

Эксперимент поставили на макаках. Обезьян обучили выполнять задания за глоток воды. Но задания были разные:

• Лёгкое: сделал — получил воду. Всё просто.
• Стрессовое: сделал — получил воду, но вместе с неприятной струёй воздуха в лицо. Согласитесь, не самая приятная перспектива.

Перед каждым раундом макаке показывали знак, какой тип задачи её ждёт. Выбор был за ней. Учёных же интересовала не сама реакция, а именно готовность начать, тот самый внутренний импульс.

Как и ожидалось, с лёгкими заданиями проблем не возникало — обезьяны сразу принимались за дело. А вот со стрессовыми начиналась «зависание»: они знали, что вода близко, но не могли заставить себя нажать кнопку старта. Знакомое чувство, не правда ли?

Учёные сосредоточились на двух ключевых зонах мозга, ответственных за мотивацию и принятие решений. Первая — вентральный стриатум (VS). Его можно назвать внутренним оценщиком: он взвешивает, насколько что-то желательно. Вторая — вентральный паллидум (VP), который получает сигналы от первого.

С помощью точной инъекции препарата исследователям удалось временно ослабить связь между VS и VP. И вот что вышло. С простыми заданиями — почти никаких изменений. А вот со стрессовыми — разительные! Обезьяны стали гораздо охотнее начинать задание, несмотря на угрозу струи воздуха. При этом они прекрасно понимали, что воздух — это неприятно. Их способность оценивать «плюсы» и «минусы» не пострадала. Что же изменилось?

Что происходит у нас в голове, когда мы «тупим»?

Учёные измерили активность нейронов. Картина прояснилась. Когда задача была стрессовой, активность в «оценщике» (VS) резко возрастала. Мозг буквально кричал: «Стоит ли оно того?» А в зоне VP активность, наоборот, постепенно угасала, пока обезьяна раздумывала и бездействовала.

Вывод исследователей поражает: путь VS → VP работает как настоящий «блокиратор мотивации». Когда мозг через VS оценивает задачу как слишком сложную или неприятную, он активирует VP, который активно гасит желание действовать. Это не просто пассивное отсутствие желания — это активный процесс подавления. Получается, наша прокрастинация иногда — это не слабость характера, а буквально работа нейронных цепей?