В Британии открыли письма XVIII века: любовь и тоска жен к пленным морякам

История такова. В 1757-58 годах британский флот захватил французский корабль «Галатея», а его экипаж отправил в тюрьму в Портсмуте. Тем временем из Франции шла почта — больше сотни писем от жен, матерей, невест. Французская почта месяцами металась по портам, пытаясь нагнать судно, затем, узнав о плене, отправила письма в Лондон с просьбой передать заключенным. Британские власти, проверив корреспонденцию на предмет военных секретов и не найдя таковых, просто… сдали ее в архив. Где она и пролежала в безвестности до наших дней.

Нашел эту капсулу времени профессор Кембриджского университета Рено Морье. Он потратил месяцы, расшифровывая старинный почерк, и теперь мы можем заглянуть в самое сердце человеческих чувств XVIII века. И знаете что? Люди тогда были точно такими же, как мы.

О чем шептали бумаги два с половиной века спустя?

Почти 60% писем написаны женщинами. Это мощный голос эпохи, который обычно тонет в истории, написанной мужчинами-офицерами и политиками. Здесь же — живая, трепетная, а иногда и ревнивая жизнь.

«Я не могу дождаться, когда овладею тобой» — писала мужу, унтер-офицеру Жану Топсенту, его жена Анна Ле Серф. Она подписывалась ласковым прозвищем, которым он ее называл: «Ваша покорная жена Нанетт». Жан это письмо так и не прочел, томясь в английской тюрьме.

«Я могла бы провести ночь, переписываясь с тобой... Я твоя вечно верная жена. Спокойной ночи, мой дорогой друг. Уже полночь. Думаю, мне пора отдохнуть». Эти строки принадлежат Мари Дубок, жене лейтенанта Луи Шамбрелана. Они больше не увидятся: Мари умрет в следующем году, вероятно, так и не дождавшись освобождения мужа. Разве это не готовый сюжет для романа?

Но не все письма были лишь о любви. Сквозь строки проступают вечные семейные драмы. Мать молодого матроса Николя Кенеля жалуется, что он пишет чаще своей невесте, чем ей. «Передайте мои комплименты Варину. Только его жена сообщает мне ваши новости», — упрекает она. Чувствуете, как пахнет ревностью и обидой? Ничего не меняется.

Сама невеста, Марианна, в своем письме просит Николя написать, наконец, его матери, чтобы та «перестала ставить ее в неловкое положение». Позже она сообщает: «Черная туча рассеялась. Письмо, которое твоя мать получила от тебя, подняло ей настроение». А затем мать снова берется за перо: «В своих письмах ты никогда не упоминаешь своего отца. Это причиняет мне сильную боль... не забудь своего отца». Круг замкнулся.

Как отметил профессор Морье, эта находка — уникальное окно в мир женщин той эпохи. Пока мужчины воевали и сидели в плену, именно женщины держали на своих плечах дом, принимали финансовые решения и сохраняли хрупкие нити семьи. Их голоса, замершие на 260 лет, теперь говорят с нами прямо и без прикрас. И в этом — настоящая магия истории.