Черно-белый бал Трумена Капоте: как устроили главную вечеринку XX века

Трумен Капоте — писатель, чьи имена произведений «Завтрак у Тиффани» и «Хладнокровное убийство» говорят сами за себя. Последний роман принес ему баснословный гонорар в 6 миллионов долларов. И что делает человек, у которого внезапно появляются такие деньги? Правильно, бросает вызов всему высшему свету, устроив вечеринку, формально посвященную владелице The Washington Post Кей Грэм, но на деле призванную увенчать славой самого Капоте.

Ночь в Plaza: маскарад без правил

Вечер 28 ноября 1966 года. В бальный зал Plaza стекаются 540 избранных, одетых строго в черное и белое. Капоте скромно назвал это «маленьким маскарадом для Кей Грэм и всех моих друзей». Но каждая деталь была продумана. Гостям рассылали именные приглашения, но этого было мало — обязательным условием был строгий дресс-код. Идея черно-белой палитры пришла писателю после просмотра «Моей прекрасной леди».

Изначально гости должны были входить в масках, сохраняя инкогнито. Но в последний момент Трумен передумал и велел объявлять каждого прибывающего по имени. Маски, впрочем, всё равно стали предметом нездорового соревнования. Одни заказывали шедевры в Bergdorf Goodman, другие, как сама Капоте, покупали маски в игрушечных магазинах за пару десятков центов. Дочь президента Алиса Рузвельт и вовсе явилась с маской за 35 центов — рекорд скромности.

Но настоящий скандал вызвали не маски, а убранство зала и меню. Вместо роскошных цветов — связки серебряных шаров и свечи в канделябрах. Вместо изысканных блюд — куриный хаш и спагетти. Зато шампанское Taittinger лилось рекой. Капоте объяснял это просто: главное украшение вечера — гости, а не декорации. Многие светские львы были шокированы, не поняв этой иронии.

Освещать бал позволили лишь четырем журналистам. Капоте хотел сохранить ауру исключительности и избежать дешевой сенсации. У входа в Plaza толпились 200 фотографов и полиция, отгонявшая зевак. Это была крепость, куда нельзя было просто попасть.

Почему этот бал стал легендой

Секрет — в невероятном миксе гостей. В одной комнате танцевали и общались Фрэнк Синатра, Рокфеллеры, Генри Фонда, Миа Фэрроу, итальянская принцесса, швейцар писателя и его бывшая школьная учительница. И что удивительнее всего — между ними не было неловкости. Капоте лично знакомил людей, словно перемешивая колоду. Один из гостей вспоминал, как хозяин подвел его к сидевшей в одиночестве Роуз Кеннеди — матери президента.

Сегодня, в эпоху инстаграма и пиара, сложно представить такую вечеринку, куда звезды приходят не для хештегов, а просто чтобы быть собой. Никто не пробирался тайными ходами — кроме самого Синатры, который сбежал в три ночи в свой любимый бар. Как метко заметил один из участников, этот бал «закрыл эпоху элегантной исключительности и открыл эру медийного безумия». В этом и есть его парадокс.

Отзвуки маскарада: друзья и враги

Наутро после бала по свету разнеслась язвительная фраза: «Капоте обрел 540 друзей и 15 000 врагов». Составляя список гостей лично, писатель невольно создал армию обиженных аристократов, которым заветного приглашения не досталось. Их вражда преследовала его долгие годы.

Пресса отреагировала беспрецедентно. The Times опубликовала полный список гостей — честь, ранее доступная лишь для отчетов о приемах в Белом доме. Журнал Women's Wear Daily даже устроил рейтинг лучших и худших нарядов, присудив «пальму первенства» Глории Гиннесс и Марелле Аньелли, а звание аутсайдера — Норману Мейлеру. Согласитесь, сегодня такое вряд ли возможно без волны возмущения.

За полвека бал многократно копировали, но повторить его магию так и не удалось. Самой громкой попыткой стал 29-й день рождения рэпера Шона Комбса в 1998 году, на который он потратил полмиллиона долларов. Но это была уже просто дорогая вечеринка, а не культурный взрыв. Легенду не купишь.