Как Москва за 19 дней остановила эпидемию черной оспы в 1960 году

История началась, как дешевый детектив. 23 декабря 1959 года Кокорекин вернулся из Индии, полный впечатлений и... вирусов. Он заскочил к возлюбленной, раздал сувениры родным и лишь слегка покашливал. Но к вечеру его сразила температура. Вызвали «скорую». Врачи диагностировали грипп с осложнениями и странной сыпью — решили, что на антибиотики аллергия. Но лекарства не помогали. Через несколько дней талантливый художник умер. Его история могла бы на этом и закончиться, если бы не одно «но». Самое интересное началось после его смерти.

Variola vera: что показало вскрытие

Для поездки в Индию требовалась обязательная прививка. В документах у Кокорекина стояла жирная отметка. На деле же он, видимо, решил проигнорировать формальность. Цена этой халатности оказалась чудовищной.

Стойкость его организма ко всем лекарствам озадачила врачей, и они настояли на вскрытии. Процедуру вел светила медицины академик Николай Краевский. Ему ассистировал пожилой коллега из Ленинграда, опытнейший патологоанатом. Тот лишь бросил взгляд на тело и произнес историческую фразу: «Да это, батенька, variola vera – черная оспа». Представляете, какая тишина воцарилась в тот момент в морге? Болезнь, считавшуюся стертой с лица страны, опознали по старым учебникам.

Распространение оспы по столичному региону

Новогодняя суета ненадолго отвлекла город от трагедии. Но вирус не спит. Через две недели оспа громко заявила о себе: сначала заболели пациенты той же больницы, где умер Кокорекин, потом — лечившие его медсестра и врач.

Эксперты из НИИ вакцин, изучив анализы, вынесли вердикт: в Москве вспышка натуральной оспы. 15 января 1960 года навсегда вошло в историю советской медицины. Чудовище, побежденное за 23 года до этого, вырвалось на свободу.

Мгновенно и эффективно: как власти отреагировали на угрозу

Информация долетела до самого верха мгновенно. И заработала машина, сравнимая по масштабам с военными действиями. Главная задача звучала как приказ: ни в коем случае не выпустить заразу за пределы Москвы. Боткинскую больницу, ставшую эпицентром, взяли в жесткую изоляцию. К работе подключились не только все медики, но и армия, МВД и КГБ.

Оперативники за несколько часов восстановили весь путь Кокорекина: все его контакты, встречи, даже мимолетные. Нашли каждого, кто мог быть рядом с ним, а затем и всех, кто контактировал с этими людьми. Это была ювелирная работа в условиях тотального ужаса.

Москву закрыли на карантин по законам военного времени. Отменили все поезда и рейсы. По улицам нескончаемо выли сирены «скорых» — они свозили в изоляторы всех с малейшим подозрением. В итоге под наблюдением оказалось больше 9 тысяч человек! Мест не хватало катастрофически. Пришлось вскрывать неприкосновенные госрезервы — те самые, что хранили на случай войны. Вот такой и была эта битва — война с невидимым врагом.

Миллионы вакцинированных: главная мера по борьбе с болезнью

Параллельно с изоляцией запустили операцию «Всеобщая вакцинация». Привить нужно было каждого — от мала до велика. И это в доинтернетную эпоху, без смс и соцсетей! За одну неделю в Москве и области поставили фантастические 9,5 миллионов прививок.

Кто только не делал эти уколы! Врачи, фельдшеры, студенты-медики — мобилизовали почти 27 тысяч человек. По всему региону работали тысячи прививочных пунктов и выездных бригад, стучавшихся в каждую квартиру. Вакцин в Москве, конечно, столько не было. Их экстренно везли со всей страны — из Томска, Ташкента, Краснодара. Это был настоящий медицинский блицкриг.

И он сработал. Ровно через 19 дней после обнаружения первого трупа распространение оспы было полностью остановлено. Подумать только — меньше трех недель на спасение многомиллионного города!

Расследование показало жуткую арифметику: напрямую от Кокорекина заразились 19 человек (включая 7 родственников). От них — цепочка дальше. Всего переболели 46, трое погибли. Три жизни на фоне потенциальной катастрофы — страшная, но невероятно низкая цена. Этот опыт стал золотым стандартом для планеты. Советских эпидемиологов потом звали по всему миру тушить подобные пожары.

А что же сама оспа? С ней удалось покончить навсегда. Всего через 17 лет после московской паники, в 1977 году, в Сомали был зафиксирован последний в мире случай натуральной оспы. Вирус, тысячелетиями косивший человечество, был окончательно стерт с лица Земли. Во многом — благодаря тем самым урокам, которые стоили жизни Алексею Кокорекину и трем другим москвичам. История, полная драмы, паники и триумфа человеческого разума над слепой природой.