Почему в Израиле 20 лет запрещали цветное телевидение и как его смотрели

Телевидение в Израиле появилось поздно, лишь в 1968-м. К тому времени технологии цветного вещания уже вовсю работали в других странах. Так что запрет был вовсе не техническим, а чисто идеологическим. Правящая элита считала цветное ТВ непозволительной роскошью, пустой тратой денег, которой должен избегать аскетичный народ-строитель. Их девизом могла бы стать фраза: «Нам не до развлечений, у нас страна создается».

Почему Израиль так долго не хотел телевидения?

Отцы-основатели государства относились к «ящику» с большим подозрением. Они видели в нем угрозу национальному духу: мол, телевизор развратит народ, вытеснит чтение и живое общение, ослабит политическую волю и опустошит кошельки граждан. Телевизор считался атрибутом богатых и развращенных обществ, а не строящегося социалистического государства.

Всё изменил Шестидневный конфликт 1967 года. Внезапно потребовался мощный инструмент пропаганды, чтобы противостоять арабским новостным каналам и доносить «правильную» точку зрения до собственного населения и палестинцев на оккупированных территориях. Так на свет появился «Первый канал» — черно-белый, разумеется.

Пока мир стремительно переходил на цвет — США с 1955-го, Япония с 1960-го, СССР и Британия с 1967-го, — израильтянам приходилось довольствоваться серой картинкой. В 1972 году международное сообщество даже выпустило рекомендацию: все новые телестанции должны быть цветными. Израиль сделал вид, что не слышит.

«Ластик»: как государство боролось с цветом

Но совсем без зарубежного контента было не обойтись. Покупать цветные сериалы у США и Европы разрешили, но с одним условием: цвет нужно было удалить. Специально для этого разработали устройство «мехикон» (в переводе — «ластик»). Оно удаляло из видеосигнала компонент цветовой синхронизации, и ваш телевизор, даже самый современный, видел только черно-белое изображение.

А где запрет, там и подпольный рынок. Почти сразу же в обход закона стали продавать телевизоры с «анти-ластиком» — устройством, которое возвращало цвет. Правда, настройка была делом хлопотным: каждые 15 минут приходилось крутить ручку, чтобы цвета не «уплывали». Но разве это могло остановить людей, жаждавших хотя бы через экран прикоснуться к красочному миру? Спрос был огромным.

Пропаганда против прогресса

Власти пытались бороться с цветным телевидением не только техникой, но и словом. В главных газетах, например, в «Маарив», писали, что покупка цветных телевизоров станет «экономической катастрофой» для бедной страны. Замминистра финансов заявлял, что цветная электронно-лучевая трубка потребляет в пять раз больше энергии, чем черно-белая! Активисты же справедливо парировали: весь этот запрет — лишь попытка властей создать видимость борьбы с социальным неравенством, скрывая собственный консерватизм.

В итоге «экономия» обернулась колоссальными тратами. Цветной телевизор стоил 50 000 лир, плюс 4 000 лир государство тратило на «ластик» для его обезцвечивания. А граждане переплачивали за подпольные «анти-ластики». Гротескная ситуация, не правда ли?

Триумф цвета

Лед тронулся в конце 70-х. Первыми цветными трансляциями стали важнейшие политические и культурные события: визит президента Египта Анвара Садата в 1977-м и конкурс «Евровидение» в 1979-м. Видимо, показывать такое в черно-белом виде было уже совсем стыдно.

Официальный запрет пал только в 1981 году. Регулярное же цветное вещание началось в 1983-м. Подсчитали, что за годы борьбы с цветом израильтяне потратили на обходные устройства более 400 миллионов лир. Так завершилась одна из самых странных глав в истории мирового телевидения, где прогрессу почти два десятилетия противостояла государственная воля. Интересно, считали ли позже сами политики эту борьбу пустой тратой времени и ресурсов?