Синтетический бензин Третьего рейха: как делали топливо из угля

Зато чего у немцев было в избытке, так это угля. И пока генералы строили планы, химики в лабораториях ломали голову над тем, как заставить чёрный камень гореть в моторах танков и самолётов.

Угольный алхимический трюк

Обычный бензин — дитя нефти. Но что, если обойтись без неё? Немцы доказали: можно. Секрет назывался «процесс Бергиуса».

Представьте: угольную пыль смешивают с водородом, затем греют эту смесь до бешеных температур под чудовищным давлением, подбрасывая катализаторы в виде оксидов железа или олова. Уголь, против всякой логики, превращается в жидкость. Дальше — магия гидрокрекинга, которая дробит длинные молекулы на короткие, пригодные для двигателей. На выходе — готовый бензин.

К 1927 году гигант IG Farben Industrie поставил этот процесс на поток. К началу войны немецкие заводы ежедневно выдавали до 1400 тонн высококачественного авиационного топлива. Нефть? Не, не слышали.

Война октановых чисел

Немцы производили, по сути, два основных сорта: «синий» B-4 (октановое число 89) и премиальный «зелёный» С-3 с потрясающей цифрой 100. Синтетическое топливо выходило дороже, но оно было кристально чистым.

Именно эта чистота и высокий октан дали Luftwaffe временное преимущество. Знаменитые немецкие авиадвигатели проектировались под топливо, которое у союзников попросту отсутствовало. Когда советские и американские инженеры получили в свои руки трофейные «Мессершмитты», они испытали шок. Началась лихорадочная гонка за повышением октанового числа, которая к 1945 году подняла планку до невероятных 150. Интересно, где был предел?

Забвение и неожиданное возвращение

После поражения странам-победительницам очень не хотелось, чтобы Германия снова стала топливно-независимой. Технологии синтеза из угля были фактически запрещены. И надолго канули в лету.

Вспомнили о них лишь в 1970-х, когда грянул первый нефтяной кризис. Внезапно оказалось, что старые немецкие наработки — не музейный экспонат, а страховка от энергетического голода. Ирония судьбы, не правда ли?