Кислогубская ПЭС: как работает единственная в России приливная станция

Представьте себе лето 1938-го. Молодой студент Лев Бернштейн колесит по суровому Кольскому полуострову. Он не просто путешествует — он охотится за идеей. Его дипломный проект в МИСИ — не сухая теория, а смелая попытка доказать: энергию арктических приливов можно приручить.

Идея витала в воздухе. Во Франции уже чертили первые эскизы. Но в мире еще не работало ни одной такой станции. Это был прыжок в неизвестность.

Бернштейн не просто написал работу. Он нашел идеальное место — губу Кислую. Его расчеты попали на стол к самому Микояну. И что вы думаете? Государственная комиссия дала добро! Подумать только — студенческий проект получил официальный статус. Такое сейчас даже представить сложно.

Но история — дама с непредсказуемым характером. Великая Отечественная война отодвинула все планы. СССР так и не стал пионером в этой гонке. Обидно? Безусловно.

Гонка за приливами: как мы догоняли Францию

К проекту вернулись только в 60-е. Возможно, толчком стали новости из-за рубежа: французы вовсю строили свою станцию в устье Ранса.

Мы отстали всего на два года. Французская ПЭС дала ток в 1966-м, наша Кислогубская — в 1968-м. Но называть это поражением язык не поворачивается. Напротив, советские инженеры блеснули остроумием.

Взять хотя бы машинный зал. Его построили в сухом доке, как корабль, а потом просто отбуксировали и «пришвартовали» к подготовленному основанию. Элегантно, правда? Настоящая инженерная поэзия.

Полигон для будущего

Станцию задумывали как живую лабораторию. Да, в два водовода поставили сначала всего один гидроагрегат — и тот французский. Цель была ясна: изучить, как он работает, и создать свой, отечественный.

Она и сегодня остается опытной. Мощность смешная по меркам гигаваттных ГЭС — всего 1,7 МВт после модернизации 2007 года. Но разве в мощности дело? На ее базе выросла целая научная станция Полярного НИИ. Она десятилетиями поставляла бесценные данные. Это ведь дороже любого мегаватта.

Энергия, которая не вредит

А вот где наш проект действительно превзошел многих — так это в экологичности. Даже французская «коллега» на Рансе изменила экосистему: исчезла морская жизнь, началось заиливание.

С нашей станцией вышла иная история. Да, когда перекрыли залив дамбой, природа вздохнула с трудом. Но после запуска турбин водный обмен восстановился, и жизнь вернулась. Более того, уникальные ортогональные турбины (с осью поперек потока) оказались безопасными для рыбы. Представьте — рыба спокойно проходит сквозь работающий агрегат! Не чудо ли?

Ждет ли приливы в России второе дыхание?

Кислогубская ПЭС доказала: технология работает. В 2000-х «Русгидро» даже планировало построить крупную Северную ПЭС в бухте Долгая-Восточная. Но планы заморозили в 2013-м. Говорят и о проектах на Камчатке. Однако будущее отечественной приливной энергетики все еще висит в воздухе, как морская пена.

Остается лишь один вопрос: мы действительно отказались от одной из самых чистых и предсказуемых энергий на планете? Или просто ждем своего часа?