«Буран»: как советский шаттл сам выбрал курс на посадку

На борту не было ни души. Корабль управлялся исключительно автопилотом — и вот тут кроется главное технологическое отличие от американских шаттлов. Те всегда сажали живые пилоты. Наш же «Буран» изначально проектировался как полностью автоматическая система. Ручное управление добавили позже, почти как уступку: космонавты настаивали, что не готовы безоговорочно доверить свою жизнь машине.

Но в том памятном испытании довериться пришлось людям на земле. И именно электронный мозг корабля устроил им небольшую, но нервную проверку на прочность.

«Мы его потеряли»

Высота 11 километров, «Буран» заходит на посадку с тихоокеанского направления. Только что приняты данные о погоде на Байконуре. И в этот миг челнок резко уходит влево — прямо в сторону государственной границы — и пропадает с радаров. Связь обрывается. Тишина.

В ЦУПе начинается, мягко говоря, лёгкая паника. Военные представители, отвечавшие за проект, тут же требуют активировать систему самоуничтожения. Страшно? Ещё бы. Но руководитель посадки, Степан Микоян, проявляет выдержку настоящего испытателя. Он настаивает: подождём, разберёмся. Интуиция? Или просто вера в собственное детище?

Когда логика машины побеждает человеческий сценарий

И корабль не подвёл. «Буран» приземлился на том же Байконуре, но не на основном полосе, а на запасном аэродроме «Юбилейный» — с южной стороны. Что же случилось? Бортовой компьютер, получив свежие метеоданные, мгновенно пересчитал траекторию. Он решил зайти против сильного встречного ветра — чтобы тот естественным образом погасил скорость и упростил посадку. Проще, безопаснее, рациональнее. Машина оказалась умнее заранее прописанного плана. Иронично, правда? Мы боимся, что электроника ошибётся, а она порой просто мыслит на шаг впереди.