Черный цвет Ford Model T: как технология окраски определила эпоху

Представьте: мир автомобилей впервые обретает конвейер, а вместе с ним — абсолютную унификацию. Генри Форд дал людям доступный автомобиль, но лишил их выбора в самом, казалось бы, очевидном — в цвете. Почему же легендарная Model T была только черной? И был ли у Форда вообще другой вариант?

Его знаменитая фраза — идеальный образец промышленного юмора и железной воли: «Вы можете получить автомобиль любого цвета, при условии, что этот цвет — черный». Звучит как диктат, но за ним скрывается простая технологическая необходимость.

С 1914 года и на целых 12 лет заводы Ford действительно забыли о палитре. Ни алых, ни синих, ни кремовых оттенков — только бескомпромиссный чёрный.

Мог ли цвет быть другим?

А вот это интересный вопрос. С практической точки зрения черный — далеко не идеал. На нём заметна каждая пылинка и царапина, он раскаляется на солнце, да и психологически не всем подходит. Неужели Форд этого не понимал?

Современные автопроизводители, конечно, куда щедрее — предлагают в среднем от 4 до 8 оттенков. Но и это не палитра художника. Каждая смена цвета означает остановку конвейера, промывку линий, перенастройку — дорогое удовольствие. В начале XX века такая роскошь была и вовсе немыслима.

Черный цвет Ford Model T: как технология окраски определила эпоху

Все дело в отсталости технологий окраски

Здесь и кроется разгадка. Форд смог конвейеризировать почти всё: сборку шасси, монтаж двигателя. Но вот окраска оставалась архаичным, кропотливым ручным трудом. Машины красили вручную, кистями, как кареты. Слои сохли сутками, их шлифовали, наносили снова — и так несколько раз. Громадные цеха были заставлены рядами кузовов, ожидающих своей очереди на просушку.

И тут на сцену выходит черная эмаль. У неё было три решающих преимущества: она была дешевле, обладала лучшей укрывистостью (требовала меньше слоёв) и, что критически важно, сохла быстрее других цветов. Форд выбирал не между черным и синим. Он выбирал между черным цветом и крахом своих амбициозных планов по массовому производству. Технология диктовала цвет. Забавно, правда? Человек, перевернувший мир производства, оказался заложником скорости высыхания краски.