Зачем в середину поезда встраивают локомотивы и как ими управлять

Всё просто: вы видите не один причудливый состав, а два или даже три обычных поезда, временно сцепленных в один монстр.

К такой хитрости прибегают, когда дорога захлебывается. Ремонт, авария, просто гигантский затор — и вот уже очередь составов тянется до горизонта. Как пропустить их быстрее? Нельзя же просто сократить дистанцию между ними. Железнодорожные правила суровы: на перегоне между двумя светофорами может быть только один поезд. Это священный принцип, защищающий от жуткого попутного столкновения.

Получается изящная задачка: на участке должен быть один поезд, но нужно разместить два. Решение лежит на поверхности — сделать из двух один. Гениально и немного безумно, не правда ли?

Соединить два поезда — вызов для смелых

Один грузовой состав может растянуться на километр. А теперь представьте себе два или три, сцепленных в гигантскую гусеницу. Для такой сборки нужны соответствующие пути — очень длинные. И они есть далеко не на каждой станции.

Само соединение — это ювелирная работа с тысячами тонн металла. Нужно подвести многотонную махину к сцепке второго состава с такой точностью, чтобы не «поцеловать» ее с разгона. Один неверный сантиметр — и дорогостоящий ремонт обеспечен.

... а управлять — для совсем отчаянных

Когда несколько локомотивов стоят в голове состава, всем можно управлять из одной кабины по системе многих единиц. Но в нашем случае эта технология бессильна. Локомотив, затесавшийся в середине, — это самостоятельная боевая единица.

Его бригада получает команды по радио от главного машиниста, ведущего головной локомотив. Сидеть в этой кабине — то еще удовольствие. Во-первых, работа монотонная. А во-вторых, прямо в лобовое стекло летит всё, что перевозят вагоны впереди: угольная пыль, древесная труха, испарения нефти. Романтика, да?

При этом ответственность колоссальная. Нужно повторять все маневры головной машины с идеальной синхронностью. Любая задержка — и по всей этой гигантской конструкции побегут опасные продольные волны. Звучит как термин из физики, но на деле это предвестник катастрофы.

Давайте представим, как они рождаются. Состав трогается с места. Локомотив выбирает люфт в сцепке, дергает первый вагон, и они едут. Первый вагон дергает второй, второй — третий, и так до самого хвоста. Рывок нарастает, как хлыст — это волна растяжения. При торможении история повторяется в обратную сторону — возникает волна сжатия.

А теперь добавьте сюда второй локомотив в середине. Если его машинист при торможении замешкается, на вагоны перед ним будет давить волна сжатия спереди, а его локомотив продолжит толкать их сзади.

Чтобы понять, что будет дальше, возьмите детские машинки, поставьте в ряд и сожмите с двух концов. Средние выскочат из линии. С настоящими вагонами происходит то же самое, только масштаб и последствия — разрушительные.

Вот почему у этой конструкции столько минусов. Как только поезд минует проблемный участок, его тут же разъединяют на обычные, удобные для управления части. Потому что игра в железнодорожного левиафана — удел крайней необходимости, а не повседневности.